Ст 25 УК РФ

Комментарий к Статье 25 УК РФ

1. Психическое отношение лица к совершению запрещенного уголовным законом общественно опасного действия (бездействия) и его последствиям неоднозначно проявляется как с интеллектуальной, так и с волевой стороны психической деятельности. Интеллектуальная сторона психической деятельности при совершении лицом преступления характеризует степень осознания им общественной опасности и уголовной противоправности совершаемого деяния, предвидение возможности или неизбежности наступления определенных общественно опасных последствий такого поведения. Волевая сторона психического отношения лица к совершаемому деянию и возможным его последствиям проявляется в желании наступления предвидимых последствий своих действий (бездействия) или в нежелании их, но сознательном допущении наступления таких последствий либо в безразличном отношении к их наступлению.

2. В зависимости от степени выраженности осознания характера совершаемых действия (бездействия) и предвидения возможности либо неизбежности наступления последствий, а также в зависимости от особенностей волевого отношения лица к последствиям различают прямой и косвенный умысел. Косвенный умысел иногда называют эвентуальным.

3. Согласно ч. 1 коммент. статьи умышленным признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом. Если по УК РФ РСФСР понятия прямого и косвенного умысла были категориями науки уголовного права, то по УК РФ они стали категориями уголовного закона.

4. Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления. С точки зрения интеллектуального момента прямой умысел характеризуется осознанием общественной опасности своих действий (бездействия) и предвидением возможности или неизбежности общественно опасных последствий этих действий (бездействия). При прямом умысле лицо осознает не только общественную опасность своих действий (бездействия), но и, как правило, их уголовную противоправность. При прямом умысле лицо предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия). В одних случаях оно предвидит возможность наступления того или иного общественно опасного последствия либо нескольких альтернативных последствий, в других — неизбежность их наступления. Различие в предвидении возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий зависит от характера совершаемого действия (или бездействия). Например, выстрел из пистолета в голову потерпевшего дает лицу основание предвидеть неизбежность наступления его смерти, поскольку повреждения головного мозга жертвы преступного посягательства по общему правилу несовместимы с жизнью.

5. С точки зрения волевого момента при прямом умысле лицо желает наступления предвидимых общественно опасных последствий, так как эти последствия для виновного являются целью его преступной деятельности.

6. Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

7. С точки зрения интеллектуального момента при косвенном умысле лицо осознает общественную опасность совершаемых действий (бездействия), предвидит возможность наступления общественно опасных последствий. Однако с точки зрения волевого момента это лицо не желает наступления предвидимого последствия, но сознательно допускает возможность его наступления либо относится к возможности его наступления безразлично.

8. Практическое значение умения различать прямой и косвенный умысел заключается не в том, что при установлении прямого умысла виновного в содеянном его следует наказать строже, а в том, что, во-первых, отдельные преступления могут совершаться только с прямым умыслом, а следовательно, запрещенное уголовным законом поведение лица не может рассматриваться как преступление данного вида при установлении в нем косвенного умысла, и, во-вторых, содеянное может признаваться приготовлением к преступлению или покушением на преступление также лишь при наличии у виновного прямого умысла.

9. В п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 27.01.1999 N 1 подчеркивается, что если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, т.е. когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и т.п.).

10. Доктрина уголовного права и судебная практика различают и другие виды умысла по тем или иным критериям или признакам. В зависимости от степени предвидения определенных общественно опасных последствий различают определенный (конкретизированный) и неопределенный (неконкретизированный) умысел.

10.1. Практическое значение установления в содеянном определенного или неопределенного умысла виновного заключается в том, что при неконкретизированном умысле его действия квалифицируются по фактически наступившим последствиям, а если лицо действовало с конкретизированным умыслом, однако реализовать его полностью не удалось по не зависящим от этого лица обстоятельствам, то содеянное квалифицируется как покушение на преступление или как приготовление к преступлению.

11. По критерию времени формирования преступного умысла доктрина уголовного права различает также заранее обдуманный и внезапно возникший умысел. По общему правилу лицо, совершившее преступление с заранее обдуманным умыслом (или предумышленно), характеризуется как носитель более глубоких отрицательных установок, ценностных ориентаций и качеств, чем лицо, совершившее при прочих равных условиях преступление по внезапно возникшему умыслу. Это должно учитываться при назначении наказания.

12. Разновидностью внезапно возникшего умысла является так называемый аффектированный умысел, сформировавшийся в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Совершение преступления при аффектированном умысле находит отражение в привилегированном составе преступления (например, ст. 107, 113).

13. Умышленное совершение преступления всегда связано с определенными мотивами или целями виновного. Мотив и цель в качестве обязательного признака указываются лишь в некоторых составах преступлений (ст. 145, 166, 184, 186, 202, 294 и др.). Однако независимо от наличия или отсутствия указания в законе на мотив или цель преступления их установление является обязательным (п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК). Мотив преступления дает нравственную оценку совершенному преступлению и личности виновного.

14. Под мотивом преступления понимается осознанное лицом внутреннее побуждение, сформировавшееся под влиянием потребностей этого лица. Различают мотивы хулиганские, мести и кровной мести, корыстные, карьеристские, мотивы национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, политические и иные. Под целью преступления понимается осознаваемый виновным конечный преступный результат, к достижению которого лицо стремится путем совершения преступления.

15. Совершение каждого умышленного преступления осуществляется на фоне определенного эмоционального состояния виновного. В уголовном праве учитывается лишь внезапно возникшее сильное душевное волнение (аффект) (см. п. 12 коммент. статьи). Эмоциональные состояния, переживаемые лицом при совершении изнасилования, кражи, вымогательства и других преступлений, не влияют на основания и пределы его УО.

Другой комментарий к Ст. 25 Уголовного кодекса Российской Федерации

1. Законодатель делит умысел как форму вины на прямой и косвенный умысел; судебная практика добавляет к этому деление умысла на заранее обдуманный и внезапно возникший, а также на определенный и неопределенный (в том числе альтернативный).

2. Прямой умысел с точки зрения его интеллектуального элемента предполагает осознание лицом общественной опасности своих действий (бездействия) и предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий.

Осознание лицом общественной опасности деяния основывается на понимании им фактических обстоятельств совершаемого, образующих юридически значимые объективные признаки конкретного состава преступления.

Предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий сводится к предвидению фактических изменений в окружающем мире в будущем, пониманию их социальной значимости и пониманию в общем и целом причинно-следственных связей между совершаемым и происходящим в будущем. Предвидение неизбежности наступления последствий означает такое представление лица о будущем, в котором он не допускает иного варианта развития событий. Предвидение реальной возможности наступления последствий означает такое представление лица о будущем, в котором оно допускает иной вариант развития событий, но обоснованно надеется на то, что произойдет именно так, как ему представляется.

Волевой элемент прямого умысла предполагает желание наступления общественно опасных последствий (при этом эмоциональное отношение лица к наступающим последствиям может быть различным, в том числе отрицательным).

3. Интеллектуальный элемент косвенного умысла совпадает с аналогичным элементом прямого умысла, за исключением того, что здесь нет предвидения неизбежности наступления общественно опасных последствий, которое в силу закона характеризует только прямой умысел.

Волевой элемент косвенного умысла характеризуется наличием сознательного допущения последствий или безразличного к ним отношения.

4. В зависимости от определенности представления субъекта о последствиях совершаемого деяния умысел может быть определенным и неопределенным, в том числе альтернативным.

При определенном умысле лицо четко предвидит наступающие последствия. В случае ненаступления предвиденных последствий преступление квалифицируется как покушение на соответствующее преступление.

При неопределенном умысле лицо предвидит как равно возможные к наступлению несколько последствий (при альтернативном умысле — два последствия). В этом случае преступление квалифицируется по фактически наступившим последствиям.

5. Умышленные преступления, не предполагающие наступление последствий в качестве обязательного признака объективной стороны (формальные составы), могут быть совершены только с прямым умыслом, когда лицо осознает общественную опасность своих действий (бездействия) и желает их совершить.

1. Преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом.

2. Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

3. Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Комментарий к Ст. 25 УК РФ

1. В уголовное законодательство России впервые введены и нормативно определены понятия прямого и косвенного умысла.

При привлечении к ответственности за совершение умышленного преступления, исходя из принципа субъективного вменения, необходимо установить, что все обстоятельства, имеющие юридическое значение, т.е. являющиеся признаками состава преступления (основного или квалифицированного), относящиеся к характеристике объекта и предмета, объективной и субъективной стороны преступления, осознавались виновным. Исключение представляют преступления, совершенные с двумя формами вины (см. коммент. к ст. 27).

Обязательным элементом умысла является осознание лицом не только фактических обстоятельств совершаемого им деяния (действия или бездействия), но и его общественной опасности, т.е. его способности причинить вред охраняемым законом объектам уголовно-правовой охраны. В число признаков умышленной вины не включено осознание уголовной противоправности совершаемого деяния. Однако общественная опасность целого ряда деяний, предусмотренных УК в качестве преступлений, связана в первую очередь с тем, что лицо нарушает какое-либо правило, запрет, т.е. действует вопреки закону (например, ст. ст. 127, 128, 139, 223, 256, 258, 260 УК и др.). Поэтому в подобных случаях осознание лицом общественной опасности действия (бездействия) включает и понимание запрещенности совершаемого им деяния.

2. Разграничение между прямым и косвенным видами умысла проводится как по интеллектуальному элементу (характеру предвидения общественно опасных последствий), так и по волевому элементу (отношению к предвидимым общественно опасным последствиям).

Лицо, действующее с косвенным умыслом, предвидит лишь реальную возможность наступления общественно опасных последствий как результат своего действия или бездействия, понимая, однако, что эти последствия могут и не наступить. В случае совершения преступления с прямым умыслом виновный предвидит не только реальную возможность наступления общественно опасных последствий, но и, как подчеркивается в ч. 2 комментируемой статьи, неизбежность наступления таких последствий. Следовательно, предвидение неизбежности наступления последствий, т.е. однозначной причинной связи между деянием и последствием (в материальных составах), возможно только в преступлении с прямым умыслом, в том числе в покушениях на преступление.

Косвенный умысел не может иметь места в преступлениях с формальным составом, моментом окончания которых является факт совершения действия (бездействия). Так, из содержания ст. 291 УК во взаимосвязи со ст. 5, ч. 2 ст. 24 и ст. 290 УК вытекает, что уголовный закон предполагает возможность квалификации деяния как дачи взятки лишь при установлении в действиях лица прямого умысла и личной заинтересованности в совершении взяткополучателем определенных действий (бездействия) .
———————————
См.: Определение КС РФ от 10.10.2002 N 328-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Хаймина Валерия Сергеевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 291 Уголовного кодекса Российской Федерации».

3. Практическое значение разграничения прямого и косвенного умысла проявляется прежде всего при решении вопросов об ответственности за неоконченное преступление. Готовиться к совершению преступления (ч. 1 ст. 30 УК) и покушаться на преступление (ч. 3 ст. 30 УК) можно лишь с прямым умыслом. Так, если убийство (ст. ст. 105 — 107 УК) может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, т.е. когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (см. п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 27.01.1999 N 1).

Если виновный действовал с косвенным умыслом, но общественно опасное последствие, возможность которого он предвидел, не желая его наступления, а лишь сознательно допуская либо относясь безразлично, не наступило, то он подлежит ответственности только за фактически содеянное (в частности, по ст. 111 УК), а не за покушение за наступившее, но не желаемое им последствие.

Например, по делу о незаконном приобретении и ношении взрывного устройства — гранаты, а также о покушении на убийство действия осужденного были переквалифицированы с ч. 3 ст. 30 и подп. «а», «е» ч. 2 ст. 105 УК на ч. 1 ст. 118 УК, так как судом на основе исследованных доказательств достоверно не установлены прямой умысел и мотив покушения на убийство двух лиц общеопасным способом; действия осужденного переквалифицированы с учетом фактически причиненного А. тяжкого вреда здоровью, а П. — легкого вреда здоровью — по неосторожности.

УК не предусматривает ответственности за неосторожное причинение легкого вреда здоровью, в связи с чем содеянное в этой части осужденным, не являющимся специальным субъектом, квалифицировано по ч. 1 ст. 118 УК как причинение тяжкого вреда здоровью А. по неосторожности в виде небрежности, поскольку Ф. не предвидел возможность наступления указанных общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, как это определено в ст. 26 УК .
———————————
Определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 14.11.2007 по делу N 47-О07-56.

4. При решении вопроса о виде умысла следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного. В частности, при установлении содержания и направленности умысла в целях разграничения преступлений против жизни и преступлений против здоровья, необходимо обращать внимание на способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения (см. п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 27.01.1999 N 1).

5. В этих же целях следует учитывать и другие выделяемые в теории уголовного права разновидности умысла: заранее обдуманный и внезапно возникший, конкретизированный (определенный) и неконкретизированный (неопределенный). Так, внезапно возникший умысел характерен для преступлений, совершаемых в состоянии аффекта (ст. ст. 107 и 113 УК).

Практическое значение для квалификации преступлений имеет установление прямого конкретизированного либо неконкретизированного умысла. В первом случае виновное лицо предвидит и желает наступления определенного последствия (например, смерти человека, похищения чужого имущества в крупном размере и т.п.). Если это предвиденное и желаемое последствие не наступило по не зависящим от лица причинам, то оно, исходя из субъективной направленности его деяния, подлежит ответственности за покушение на преступление. И наоборот, лицо, действующее с прямым конкретизированным умыслом, предвидит и желает причинить вред, но представляет последствия лишь в общих чертах, вариативно, желая наступления любого из них. При таком субъективном отношении лицо несет ответственность за фактически наступившее последствие. Данное положение соответствует объективно-субъективному содержанию основания ответственности, в соответствии с которым лицо отвечает за деяние, охватываемое сознанием субъекта в форме умысла или неосторожности, а не просто за некие идеальные умысел или неосторожность .
———————————
Подробнее см., например: Толкаченко А.А. Проблемы субъективной стороны преступления. М., 2005.

6. Сознанием лица и, следовательно, его умыслом и виновностью (как конкретизированным объемом обвинения) при совершении определенного преступления должны охватываться такие объективные факторы, как характеристики потерпевшего (ст. ст. 105, 131, 277, 295, 317 УК), особенности предмета преступления (ст. ст. 158, 164, 193 УК), способ действия (ст. ст. 160, 159, 163 УК и др.), место действия (ст. ст. 158, 161, 162 УК и др.), орудия преступления (ст. ст. 162, 205, 206, 207 УК и др.), незаконность, заведомость действий лица (ст. ст. 139, 158, 260 УК). Кроме того, сознанием субъекта виновного должны охватываться объективные и субъективные обстоятельства, смягчающие (ст. 61 УК) и отягчающие (ст. 63 УК) наказание , повторный учет которых также не допустим.
———————————
См.: Ткаченко В.И. Преступления с двойной формой вины // Законодательство. 1998. N 5.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *